В тихом омуте черти водятся

Любимая красавица-жена обеспеченного человека, востребованного практикующего хирурга – что еще нужно женщине для счастья? А женщине нужен секс. И не простой, не обычный супружеский долг, а с ноткой собственного унижения и с ощущением подавляющей силы партнера. Бред? Нет, роман Жозефа Кесселя «Дневная красавица».

Все мы знаем миллион анекдотов и шуток про женскую логику. Феминистки обижаются, дуры хохочут, а умные дамы понимают, что так оно и есть, что у женщин свое, особенное виденье и восприятье мира. И поэтому некоторые женщины иногда совершают странные поступки. Например, обеспеченная дама может пойти в публичный дом. Не содержать публичный дом, не снимать там других девушек или парней, а работать проституткой. Самой настоящей, которую выбирают, которой платят и от которой требуют быть поласковей. Северина Серизи ежедневно с 3 до 5 часов дня превращается в Дневную Красавицу, а потом снова становится примерной женой. И на протяжении всей книги я пыталась ответить на один-единственный вопрос – зачем? Зачем, глупая баба, тебе это надо? Не будет все хорошо, ты не самая умная, а публичный дом – не самое безопасное место для любовных утех, если ты не посетитель. Если честно, главная героиня со своими душевными рвениями к проституции бесила меня ужасно. Больше, чем Скарлетт О'Хара (правильно, та мужиками вертела хоть ради каких-то реальных целей, а не для удовлетворения своей… не вы поняли). Но тем не менее, хотелось узнать, чем все закончится. Я хотела, чтобы в этот публичный дом пришел ее муж, чтобы поразвлечься с девчонкой. А тут женушка. И грандиозный скандал. Автор оказался более затейлив – Северина начинает отношения с мафиозным типом Марселем (имечко, скажу вам, так себе, вполне читаемое), который согласен делить ее с мужем. И наверное, не вмешайся вполне логичный случай, – в бордель приходит знакомый четы Серизи, некий Юссон. Ну и там все по классике – она думает, что он расскажет мужу, он ее этим дразнит, Марсель решает убрать шантажиста, а вместо этого почти убирает самого Пьера Серизи. Эххх! С Юссоном все понятно: он, хоть и дразнит Северину, со своим воспитанием не может даже предположить, что действительно расскажет Пьеру правду о его жене. С Марселем тоже все понятно: горячая кровь, страсть, влюбленность (может, даже любовь, не исключаю). С Пьером все понятно: мужчина его круга и статуса даже предположить не может, что его жена способна на такое. Ничего не понятно только с самой Севериной. Казалось, что она действует импульсивно, живя одним мгновением, совершенно не думая о последствиях. Типичная баба (именно баба, в моем понимании женщина не может себя так вести): я сама натворю какую-то ерунду, потом буду страдать, потом надеяться, что как-то все разрешится, потом паниковать, снова страдать, совершить фатальную ошибку и потом мучиться всю жизнь. Нормально так. Ведь подойди она к делу с Юссоном с большей холодностью, ничего бы не произошло. А так. Муж-инвалид и чувство вины. В этой ситуации самый несчастный Пьер – нет, не из-за инвалидности, а из-за того, что его предала любимая женщина. Вы только вдумайтесь: остаться на всю жизнь инвалидом, потому что тебя подрезал любовник твоей жены, тайно работающей проституткой. Здесь же все: и разочарование в человеке, и разбитой сердце, и злость от собственной беспомощности, и ненависть к когда-то любимой жене (есть еще более изощренный вариант – Пьер все равно продолжал любить Северину). Правда, сам Кессель оставил чувства Пьера за кадром. А жаль. Я бы прочитала.

И вся эта история смахивала бы на обычный бульварный романчик с лихо закрученным сюжетом и талантливо написанный, если бы Кессель не закинул удочку в озеро дедушки Фрейда. В начале книги есть сцена, где восьмилетнюю Северину зажимает в углу сантехник (может, не сантехник, а просто рабочий, лень перелистывать в электронке на начало, да это и неважно). После этого она упала в обморок, а домашние решили, что девочка просто поскользнулась. Вот так вот. Все наши сумасшествия родом из детства. А все беды – от баб.